Винсент уже давно решил, что хватит. Отсидел своё, вышел, сменил фамилию и даже научился печь пироги с капустой. В этом году он снял большой деревянный дом в Подмосковье, чтобы впервые за много лет встретить Новый год с дочкой, с сестрой и с её детьми. Купил живую ёлку, гирлянды, мандарины целыми ящиками. Хотелось обычного семейного тепла, без криков, без стрельбы, без старых привычек.
Но тридцать первого декабря всё пошло наперекосяк.
Сначала приехала сестра с внуками, это было по плану. Дети сразу полезли наряжать ёлку, сестра поставила кастрюлю с оливье. Винсент даже улыбнулся, глядя, как внучата спорят, куда вешать звезду. На душе стало спокойно. Впервые за долгие годы спокойно.
А потом раздался звонок в домофон.
На экране появились трое. Те самые трое, с которыми он когда-то грабил инкассаторов и прятался по подвалам. Они стояли в дурацких новогодних колпаках, с пакетами в руках и улыбались так, будто вчера расстались.
Винсент открыл дверь только потому, что за их спинами уже маячила дочка, и он не хотел, чтобы она видела, как папа кого-то прогоняет в праздничную ночь.
И вот в доме стало тесно.
Бывшие кореша принесли коньяк, красную икру и кучу историй, от которых у сестры глаза на лоб полезли. Один сразу полез обнимать Винсента, называя его старым ласковым прозвищем, от которого тот давно отказался. Второй начал рассказывать детям, как дядя Винсент однажды унёс на себе раненого товарища под пулями. Дети слушали, раскрыв рты.
Винсент пытался держать лицо. Говорил, что всё в прошлом, что теперь он другой человек. Но когда на кухне кто-то из гостей случайно достал из кармана старый пистолет, чтобы показать внукам, как правильно держать оружие, у Винсента внутри всё оборвалось.
Он понял, что прошлое просто так не отпускает.
Ночь только начиналась. За окном падал снег, в камине потрескивали дрова, по телевизору президент поздравлял страну. А в доме сидели два мира, которые никогда не должны были встретиться. Сестра смотрела на брата так, будто видела впервые. Дочка тихо спросила, правда ли папа был героем. А бывшие кореша уже предлагали спеть под гитару их старую тюремную песню.
Винсент вышел на крыльцо покурить. Холодный воздух ударил в лицо. Он смотрел на заснеженный лес и думал, что, может, и правда пора заканчивать притворяться. Или, наоборот, сейчас самое время начать всё с чистого листа, даже если для этого придётся выгнать всех ночью в метель.
Но потом он услышал, как в доме кто-то включил «В лесу родилась ёлочка», и дети засмеялись, а один из корешей, тот, что всегда был самым буйным, вдруг запел тоненьким голосом, подстраиваясь под малышей.
Винсент затушил сигарету и вернулся в дом.
Пусть будет, что будет. Один раз в году можно и рискнуть. Главное, чтобы все остались живы до боя курантов.
А там посмотрим.
Читать далее...
Всего отзывов
6